ГЛАВНАЯ
НОВОСТИ
БИОГРАФИЯ
ГАЛЕРЕЯ КАРТИН
СОЧИНЕНИЯ
БЛИЗКИЕ
ТВОРЧЕСТВО
ФИЛЬМЫ
МУЗЕИ
КРУПНЫЕ РАБОТЫ
ПУБЛИКАЦИИ
ФОТО
ССЫЛКИ ГРУППА ВКОНТАКТЕ СТАТЬИ

Главная / Публикации / Людмила Хмельницкая. «Марьяся Шагал: до и после революции»

Людмила Хмельницкая. «Марьяся Шагал: до и после революции»

Бюллетень Музея Марка Шагала. № 1 (9). 2003. С. 23—24.

У Марка Шагала, как известно, был один брат — Давид — и пять сестер, самой младшей из которых была Марьяся Шагал.

В 2002 г. Музей Марка Шагала получил в дар «Личное дело № 240 Шагал Маруси Захаровны», благодаря которому удалось установить некоторые дополнительные факты из биографии сестры художника.

Так, в «Личном деле» упоминается, что училась Марьяся в 7-ой советской трудовой единой школе II ступени и закончила ее в 1920 г. В послереволюционное время эта школа появилась в результате реформирования одного из частных витебских учебных заведений — прогимназии Давидовой.

Выпускница Могилевской женской Мариинской гимназии и Московских педагогических курсов Дарья Самойловна Давидова открыла свою частную 4-классную женскую еврейскую прогимназию в Витебске в 1907 г. До этого времени она уже получила достаточный опыт педагогической и административной работы, на протяжении 12 лет являясь содержательницей городского частного 3-классного женского еврейского училища, при котором работало также вечернее отделение для взрослых женщин. Гимназии в дореволюционной России являлись средними учебными заведениями с 8-летним обучением. Прогимназии состояли из 4-х или 6-и первых классов и имели программу, одинаковую с соответствующими классами гимназий. Лица, окончившие гимназии, получали аттестаты и имели право поступать во все высшие учебные заведения. Выпускникам прогимназий вручались только свидетельства.

В прогимназии Дарьи Давидовой, которая находилась в доме № 7 по улице графа Толстого, училось около 200 еврейских девочек. До революции плата за обучение составляла от 30 до 60 рублей в год. После революции прогимназия стала 7-й советской школой I и II ступени со смешанным составом учащихся. Однако поскольку плата за обучение по-прежнему оставалась единственным источником существования этого учебного заведения, она не была упразднена, а в связи с трудностями переходного периода значительно увеличена — с 60 до 200 рублей в год. Бывшая владелица прогимназии, видимо, пользовалась доверием новых властей, т.к. после создания в апреле 1919 г. «школьного совета 7-й школы», руководившего всей жизнью учебного заведения, стала его «председательницей».

Марьяся Шагал поступила в прогимназию Давидовой еще до революции, в 1913 г., а заканчивать ей пришлось уже советскую школу. Возможно, в этой же прогимназии раньше учились ее старшие сестры, что было своеобразной семейной традицией. В архиве сохранились документы последних лет обучения Марьяси в 7-й советской школе. Ее фамилию находим в «Поименном списке учащихся на предмет снабжения их горячими завтраками», который был составлен в конце декабря 1918 г. В это тревожное и голодное время Марьяся Шагал была ученицей III группы II ступени1. В одной группе с ней учились еще 69 девочек из еврейских семей.

Интересные сведения о процессе обучения в бывшей прогимназии можно почерпнуть из акта приемки советом 7-й школы в апреле 1919 г. всего наличного имущества. Поскольку в годы гражданской войны вряд ли что-то из новых учебных пособий приобреталось для школы, учащиеся, скорее всего, пользовались только тем, что досталось им в наследство от старорежимной прогимназии. В описи подробно перечислялись пособия по арифметике и геометрии, карты по географии и истории, «картины времен года», таблицы по ботанике и анатомии человека, «физический кабинет с пособиями по естествоведению числом 218», куда входили пробирки, колбочки, мензурки, термометры, электробатарея, электролампочка, кузнечный мех, коллекция камней и бабочек, чучела птиц, таблицы млекопитающих, а также множество других познавательных вещей. Девочек учили музыке и пению (рояль, кстати, пострадал во время пожара, и администрация школы просила выделить новый), учили различать хлебные злаки, знакомили с пряностями, льном и его продуктами, рассказывали о шерстяном, кожевенном, деревообрабатывающем, писчебумажном и стекольном производствах.

Библиотека бывшей прогимназии ко второму году революции насчитывала 687 томов книг. Большинство дореволюционных учениц, происходивших из небогатых еврейских семей Витебска, в быту говорили на идиш. В прогимназии их дополнительно учили русскому, немецкому и французскому языкам. Для начинающих изучать русский язык в библиотеке имелась книга Айзенштандта и Дайхеса «Нашим детям. Хрестоматия на русском языке для еврейских детей». Вниманию старших учениц предлагались полные собрания сочинений Вересаева, Короленко, Тургенева, Гончарова, Мольера, Киплинга, Диккенса и других авторов. Немецкий язык начинали изучать по учебнику Бадендика. «Первое обучение немецкому языку» бывшего преподавателя Витебской мужской Александровской гимназии Александра Бадендика было издано в местной типографии еще в 1887 г. и с тех пор пользовалось широкой популярностью в различных учебных заведениях города. Были в библиотеке прогимназии книги и по еврейской истории и языку, в том числе учебники Дубнова, Пятикнижие Моисея, учебники «по закону еврейской веры»2.

После окончания 7-ой школы II-й ступени Марьяся Шагал училась в 1-ой партийной школе, после чего с октября 1920 г. стала работать цензором почты в Витебском отделении военной цензуры, которое было структурным подразделением местной Чрезвычайной комиссии. Административная карьера девушки в означенном учреждении явно не задалась — уже в феврале 1921 г. «за халатное отношение к служебным обязанностям» она была арестована «на трое суток с исполнением служебных обязанностей». Через два месяца случилась еще худшая беда — в начале мая начальником 7-го отделения секретотдела Витгубчека был «установлен факт» разглашения гражданкой Шагал служебной информации. Как выяснилось в результате дознания, Марьяся рассказала «известной буржуазной семье гор. Витебска неким Розенфельд» о месте своей службы и факте существовании военной цензуры, за что была арестована «на 30 суток без исполнения служебных обязанностей».

Все произошедшее так напугало девушку, что отбыв наказание (которое все же было сокращено по ее просьбе на 10 суток), она в конце июня 1921 г. спешно уволилась из органов и покинула Витебск, уехав жить к сестрам в Петроград.

Людмила Хмельницкая

Примечания

1. ГАВО, ф. 246, оп. 1, д. 162, л. 22.

2. Там же. С. 3—11.

  ??????.??????? Главная Контакты Гостевая книга Карта сайта

© 2017 Марк Шагал (Marc Chagall)
При заимствовании информации с сайта ссылка на источник обязательна.